Вверх

Дмитрий Семенидо

The Communards
Музыканты-социалисты

Отправной точкой создания группы «Communards» стал уход Джимми Самервилла из группы Bronski Beat в марте 1985-го года. Свой новый проект он основал вместе с Ричардом Колузом – своим хорошим другом и единомышленником.

The Communards

С Ричардом их связывала давняя дружба – в начале 80-х они были частью лондонской тусовки гей-активистов, вместе работали над фильмом «Оклеветанная молодёжь», оба симпатизировали лейбористам. В последний год Ричард активно принимал участие в живых концертах Bronski Beat в качестве саксофониста и уже успел познакомиться с миром шоу-бизнеса. Но высокие гонорары, успех и бешеная популярность Bronski Beat привели к расколу группы - Стив и Ларри стремились создать коммерчески успешный поп-проект, в то время, как Джимми и Ричард видели в музыке, прежде всего, средство борьбы за права геев. Это противоречие вместе с желание создать новый интересный проект, свободный от рамок Bronski Beat и связанных с ним ожиданий и привело к распаду Bronski Beat. Джимми Самервилл покинул группу, чтобы работать вместе с Ричардом.

The Communards

Это был очень странный дуэт - коротышка Джимми рядом с высоким и худым Ричардом - разница в росте составляла почти 30 см! Ричард имел классическое музыкальное образование, умел играть на саксофоне, кларнете и фортепиано, говорил на правильном английском. Он был неплохо образован, за его плечами была частная школа в Уэллингборо, где он пел в хоре, а также Южно-Уорикширский Колледж Дополнительного Образования в Стратфорде-на-Эйвоне, где он обучался на факультете драмы и гуманитарных наук.

Джимми был уличным мальчишкой, он никогда не учился музыке, а его шотландский акцент порой требовал перевода. Единственное, что между ними было общего – они оба были провинциальными геями, теми «smalltown boys», о которых пелось в одноимённой песне, которые приехали в более толерантный Лондон из консервативной провинции – один из Нортгемптона, другой из Глазго. Каждый из них хотел изменить мир к лучшему доступными ему способами, и на три следующих года они объединились в этом стремлении!

Новая команда

The Communards

Несмотря на решительность, с которой Джимми покинул Bronski Beat, новые творческие перспективы были весьма туманны: Коулз был классическим музыкантом, весьма далёким от синти-поп и синтезаторов, да и синтезаторов у них ещё не было. Было лишь несколько новых текстов, которые предстояло записать. С этими текстами Джимми и Ричард отправились на студию London Records, где уже хорошо знали Джимми, и потому кредит доверия к нему был весьма высок.

Встретившись с управляющим директором студии – Роджером Эймсом, они договорились о контракте на три альбома на сумму 60 000 фунтов стерлингов. Это было так неожиданно, что когда Ричарда спросили, какой подарок он хотел бы получить от звукозаписывающей студии (он полагается всем артистам, заключающим крупную сделку), он попросил не автомобиль, как большинство звёзд, а… сушилку для белья [1]. В то время Ричард жил в холодной неотапливаемой комнате в Западном Хэмпестеде, высушить бельё в которой было настоящей проблемой!

Ричард Коулз Ричард Коулз:

Должен сказать, что та сушилка надолго пережила мою славу и успешно работает до сих пор! [1]

Продюсером группы стал талантливый аранжировщик Марк Торн (Mike Thorne), который работал и с Bronski Beat. Менеджером - Лорна, девушка у которой Джимми и Ричард временно обитали. Третьим неофициальным членом команды была Сара Джейн Моррис (Sarah Jane Morris), принимавшая участие в качестве бэк-вокалистки. Ударницей в группе стала Джун Майлз Кингстон (June Miles Kingstone).

Вообще «The Communards» были самой нетипичной гей-группой, ведь во время живых выступлений она почти целиком была женской! Но этим они ещё раз доказывали, что быть геем не означает быть женоненавистником.

Рождение названия

The Communards

Название «Коммунары» отсылает нас в 1871-й год, к революционному правительству Парижа, пришедшему к власти во время перемирия во Франко-прусской войне. Когда-то Карл Маркс сказал про эту коммуну: «Да, господа, Коммуна приведет к отмене классовой собственности, которая делает труд многих богатством избранных… это коммунизм». Парижская коммуна считалась первым примером «диктатуры пролетариата». Как несложно догадаться, причиной выбора такого названия стали «левые» взгляды, которых придерживались Джимми и Ричард – оба они были социалистами.

Впрочем, долгое время группа оставалась безымянной. Название «Gloria Mundi» (лат. «мирская слава»), предложенное Ричардом, пришлось отбросить – такая группа уже была. Второй вариант «The Crockery Club» неизбежно отсылал к группе Culture Club. Ещё одно название «Body Politic» тоже оказалось занятым [2]. В результате, даже в день подписания контракта со студией London Records, группа была без названия. Но новый материал был хорош, а популярность Джимми велика, и потому студия подписала контракт и с безымянной группой!

Стена, у которой были расстреляны парижские коммунары

К первому концерту название так и не появилось. Не было и музыкантов – Ричард и Джимми прибыли в Париж вдвоём. Джимми уже приходилось выступать в Париже вместе с Bronski Beat, и в этом городе его всегда встречали очень тепло. Несмотря на давнюю антипатию французов к англичанам, шотландские корни Джимми играли ему на руку, ведь французы считают себя потомками галлов, которые, как и шотландцы, были кельтами.

С организацией концерта помог один из близких друзей Самервилла – Дидье Лестрейд – журналист и издатель журнала «Magazine» (французской версии издания «The Face»). Концерт проходил в одном из парижских гей-клубов. Большая часть песен исполнялась под живой фортепианный аккомпанемент.

Ричард Коулз Ричард Коулз:

Когда мы ушли со сцены, моя грудь разрывалась от ощущения триумфа, такого мощного и эмоционального. Не в силах справиться с толпами людей, которые хотели поздороваться со мной, включая человека, которого Джимми попытался мне представить, я ушёл. Позднее я узнал, что это был Джорджо Мородер [1].

На следующий день, общий друг Марк Эштон, который был коммунистом, устроил Ричарду и Джимми экскурсию по революционному Парижу. Больше всего музыкантов впечатлила стена, у которой в годы франко-прусской войны были расстреляны парижские коммунары, которые в хаосе войны пытались построить свою коммуну. Идеалы товарищества и честности, которые исповедали коммунары, были очень близки социалистам. Это романтическое изложение истории в купе с любовью Джимми к Парижу и привело к выбору названия «Коммунары». Конечно, для поп-проекта оно было слишком помпезным, но ведь это был не простой поп-проект, а идейный, социалистический!

Коммунары и Тэтчеризм

Маргарет Тэтчер

Сегодня 80-е вспоминаются с лёгкой ностальгией, как некий «золотой век» в музыке и культурной жизни. Но для многих в Англии они были горьким временем. Агрессивная политика, проводимая «железной леди» Маргарет Тэтчер, вызывала в обществе множество недовольства. Столица регулярно сотрясалась от шумных митингов, которые разгонялись полицией. Выступив за запрет трудящимся проводить забастовки, Тэтчер навлекла на себя гнев британских профсоюзов. Каждая из сторон яростно обвиняла другую, и это противостояние казалось неразрешимым – никто не желал уступать.

Больше всего от политики Тэтчер досталось британским шахтёрам. Национальный союз горняков (NUM) был одним из самых сильных профсоюзов в стране – в 1974-м году он вынудил правительство Хита уйти в отставку. Тэтчер решает покончить с ним, но при этом без ущерба для добычи угля. На массовые сокращения шахтёры ответили всеобщей забастовкой. Народ принял сторону шахтёров: со всей страны тысячи людей перечисляли деньги в поддержку Союза. Узнав об этом, Тэтчер перекрыла им кислород, секвестровав средства Союза, что делало дальнейшее перечисление средств бессмысленным.

LGSM

Когда протестное движение уже стало затихать, поддержка шахтёрам пришла из самого неожиданного места – гей-сообщества! В крупных городах было организованно одиннадцать групп поддержки шахтёров, самая многочисленная из которых была лондонская [3].

Согласно распространённому мнению, во времена всеобщей депрессии возникает явление «эскапизма» - люди стремятся уйти от реальности. Ярким примером тому служат слащаво-сказочные голливудские фильмы времён Великой Депрессии, послевоенный джаз 50-х, дискомания 70-х. Но 80-е были временем действия, а не застоя! Вместо утешения, группы вроде Bronski Beat и Communards будили в людях протест, вдохновляя их на борьбу!

«Pits And Perverts»

Поскольку счёт NUM был заморожен, геи начинают собирать деньги сами. В разных частях Лондона были организованы пункты сбора средств. На лондонском гей-параде 84-го года Марк Эштон и его друг Майк Джексон организовали сбор средств, вслед за которым было создано общество «Lesbians and Gays Support the Miners» («Лесбиянки и Геи Поддерживают Шахтёров»), местом встречи которого служил книжный магазин «Gay’s the Word». Поскольку президент NUM был заподозрен в несправедливом распределении средств, LGSM переводило деньги напрямую шахтам Южного Уэльса.

Подконтрольные правительству британские СМИ развернули пропагандистскую кампанию, клеймя шахтёров и геев, высмеивая их нелепое сотрудничество. Заголовок одной из статей «Pits and Perverts» («Шахты и извращенцы») был обыгран группой Electric Ballroom, которая организовала благотворительный концерт «Pits and Perverts», на котором выступала и группа Bronski Beat.

В благодарность за поддержку, шахтёры, в свою очередь, стали поддерживать гей-сообщество, которое тоже было многими осуждаемо и находилось на осадном положении. Не будучи геями, рабочие принимали участие в гей-парадах. Их солидарность была отмечена и социалистами – на конференции Лейбористской партии в Борнмуте в 1985 году впервые была принята резолюция о поддержке партией прав секс-меньшинств.

Обложка альбома «Communards»

Возможно, Джимми не был коммунистом, но он никогда не скрывал своих левых взглядов, оппозиционных курсу правительства Тэтчер, которое всё больше расширяло права капиталистов за счёт урезания прав рабочего класса. Словно назло политической элите, для которой любые упоминания о коммунизме были как красная тряпка для быка, «Коммунары» украсили обложку своего второго альбома стилизованной звёздочкой, напоминавшей октябрятскую, на которой изображены профили Джимми и Ричарда, подобно тому, как на советских плакатах рисовали друг за другом Маркса, Энгельса и Ленина. Буква R в слове «Communards» была заменена русской «Я», что было отсылкой к Советской России.

Джимми Самервилл Джимми Самервилл:

Мне до сих пор очень нравится обложка нашей первой пластинки. Это был акт освоения идеологии, захваченной коммунизмом. Настоящие коммунары в Париже в 1871-м году не были тоталитарными – у них были великолепные идеи [4].

Последующие забастовки закончились поражением горняков. NUM как политическая сила навсегда перестал существовать, а Тэтчер смогла укрепить свои позиции. Забастовка вызвала глубокий раскол в британском обществе и привела к значительным последствиям, которые проявились лишь через много лет [5]. Позднее Коммунары посвятят Маргарет Тэтчер грустную колыбельную «Reprise».

Новое звучание

Ричард Коулз

Ричард Коулз:

Песни сочинялись регулярно, Джимми и я были в плодотворном медовом месяце нашего сотрудничества в моей неотапливаемой спальне в Западном Хэмпестеде. Большинство песен в нашем первом альбоме были записаны именно так - только пианино и голос. Я придумывал фортепианную партию, а Джимми – слова и мелодию, так, довольно быстро, мы написали около дюжины песен. Созданные таким образом, они несколько отличались от Bronski Beat, звучание которого было намного более синтетическим. Отчасти это было из-за того, что мы пытались создать джазовое звучание, отчасти из-за того, что мы не хотели звучать как Bronski Beat, хотя Джимми был всегда ближе к тому, чем он был раньше, чем к тому, куда, как нам казалось, мы двигались.
Yamaha DX-7
Когда был получен чек, я получил возможность приобрести инструменты: клавиатуру Yamaha DX7, первый синтезатор, который позволял создавать профессиональное звучание по «любительской» цене и Linn Drum, коробку с кнопками, которая создавала сэмплированные звуки ударных, которые можно было программировать. Всё это записывалось на 4-дорожечный магнитофон, который позволял создавать песни с качеством, близким к финальному продукту. Некоторые, например Ларри из Bronski Beat, могли создавать удивительные вещи с этими домашними ресурсами, но мы не были настолько компетентны. Всё, что мы делали, было немного неаккуратно и не только технически. Я думаю, нам не хватало звучания и песен Bronski Beat, их комфортного, раскованного звучания. Я всё время старался казаться умным, в то время как нашим песням недоставало их целостности и честности [1].

You Are My World

Для записи первого сингла Джимми, Ричард и Лорна отправились в Нью-Йорк. Запись происходила на студии Sigma Sound, которая располагалась в Бруклине.

Майк Торн Майк Торн:

Деньги не были самоцелью для «Коммунаров», но приключения были. Если ты живёшь на Манхэттане, то покинуть его и отправиться в соседний район для тебя настоящая экспедиция! Но целую неделю мы просыпались на ходу, пересекая Бркулинский мост. К счастью, в студии было превосходное студийное пианино, классический микшер 70-х годов Neve (очень востребованный в США) и мультитрековый магнитофон Studer. И BJ Nelson - одна из наиболее энергетичных и креативных нью-йоркских бэк-вокалисток (она была и остаётся моим другом), которая жила сразу за углом [2].

В записи песен использовался первый цифровой синтезатор «Synclavier». Духовые инструменты записывал оркестр Manhattan Horns.

Ричард Коулз Ричард Коулз:

Мы записывали бэк-вокал с замечательной певицей BJ Nelson и двумя её подружками, стараясь создать гибридный церковно-уличный звук, который придаёт американской поп-музыке своеобразную лирическую энергию. Это было волнующе, но одновременно и отрезвляюще, ведь нью-йоркские сессионные музыканты имели не только уличное правдоподобие, но и учились в консерваториях!

…Однажды, когда мы вошли, то увидели женщину, с головы до ног одетую во всё чёрное, сидевшую на диване спиной к нам. Услышав наши шаги, она обернулась и посмотрела на нас, как мне показалось, немного раздражённо. Это была Йоко Оно. [1]

Запись сингла заняла несколько больше времени, чем планировалось, и поскольку студийное время на студии Sigma было расписано на долгое время вперёд, музыкантам пришлось срочно искать другую студию, чтобы завершить сведение. В итоге, оно проходило на Hit Factory, заломившей большой ценник, но выбирать уже не приходилось [2].

Джимми Самервилл - Я думаю, что Лондон был и остаётся столицей мира – гораздо больше, чем Нью-Йорк.

Джимми Самервилл:

- Нью-Йорк всегда проводил отличный самопиар. Америка всё ещё очень разделена на расы. Полиция и остальные учреждения ориентированы на угнетение чёрной Америки, поэтому меня очень раздражает то, что США до сих пор считаются самой демократической и самой либеральной страной в мире, потому что это не так [4].

Вопреки ожиданиям, первый сингл «Ты мой мир», занял только 30-ю строчку в британском чарте. В отличие от электронных треков Bronski Beat, центральное место в песне занимала фортепианная партия. Это был настоящий гей-гимн, в котором один парень признаётся другому в своих чувствах языком любви, красотой и витиеватостью не уступающему Песни Песней Соломона:

«Твои глаза для меня
Как драгоценные камни
На лице, сделанном из золота.
Когда я держу тебя за руку,
Мне хочется плакать,
Твои любящие руки
Защищают меня от холода
Ты мой мир!»

Съёмки видеоклипа проводил старый друг Джимми – Конни Джианарис, который когда-то работал и над «Подростками-извращенцами». В качестве осветителя был нанят профессиональный оператор освещения, работавший с самим Романом Полански. В студии, где проходили съёмки, на стенах были развешаны картинки, нарисованные другом группы Дайан Пэйси. Эти же фигурки украсили обложку сингла. На обратной стороне диска были треки: «Breadline Britain» и «Sentimental Journey».

Disenchanted

Disenchanted

Следующий сингл «Disenchanted» («Разочаровавшийся») поднялся ненамного выше – до 29-й строчки. Это был добротный синти-поп старой школы, который, как и многие другие песни в исполнении Джимми, был посвящён одиночеству молодого, разочарованного гея. Герой Джимми обнадёживает его и обещает:

«Я буду твоим другом, я буду рядом, я буду всем, что тебе нужно».

Эту песню музыканты посвятили Жану Жене [1]– скандально известному французскому писателю, который был очень обожаем и любим в гей-среде.

Ричард Коулз Ричард Коулз:

«Disenchanted» занял скромную 29-ю строчку. Для меня это было спасением, потому что в видеоклипе, для которого мы сочинили сценарий, я представал в разных невыгодных ролях: за прилавком кафе, уличным музыкантом (что особенно печально, собирающим деньги в шляпу), а также спекулянтом, продающим парню неисправную магнитолу.

Это видео можно было бы снять и получше, потому что вокал Джимми в его любимом фа-миноре, был лучшим из всех, когда-либо им записанных.

Была ещё концертная версия, записанная в Париже в 1987-м году, вокал Джимми в которой до сих пор заставляет вставать мои волосы дыбом» [1].

Помимо 29-го места в Великобритании, сингл получил только 47-е место в Нидерландах. На обратной стороне были треки Annie и Johnny Verso.

«Don’t Leave Me This Way»

Don’t Leave Me This Way

Следующий сингл стал самым успешным в недолгой биографии «Коммунаров», их визитной карточкой. Это была идея Джимми - записать кавер на песню его юности, когда он будучи беззаботным повесой, зажигал в диско-клубах Глазго…

Кавер на хит Тельмы Хьюстон 1977-го года «Не покидай меня так» в ритмичном исполнении «Communards» к сентябрю 86-го взлетел на первую строчку британского чарта, где продержался целых 4 недели, став самым продаваемым синглом года!

Ричард Коулз Ричард Коулз:

«Наш первый альбом готовился к релизу, и мы должны были решить, какой трек имел больше всего шансов, чтобы стать синглом, который продвинет альбом а чартах. «Не оставляй меня так» был выдающейся песней, но это была кавер-версия, и я не хотел, чтобы наш первый хит был чужим. Тем не менее, после двух скромных работ, дала о себе знать звукозаписывающая компания, и был решено выпустить «Don’t Leave Me This Way» в виде сингла» [1].

За океаном песня заняла 40-ю строчку в хит-параде Billboard Hot 100, а его ремикс возглавил танцевальный чарт US Dance. Помимо Великобритании сингл возглавил чарты в Бельгии, Ирландии и Нидерландах, а также угодил в горячую десятку в Австралии, Франции, Германии, Италии, Испании, Новой Зеландии, Швейцарии. В общеевропейском чарте Eurochart Hot 100 Singles он занял 4-ю строчку.

Don’t Leave Me This Way

Помимо Джимми в записи песни принимала участие Сара Джейн Моррис, чей необыкновенно глубокий вокал великолепно сочетался с его фальцетом. Джимми познакомился с Сарой Джейн на благотворительном концерте в пользу шахтёров в Брикстоне, Южный Лондон. Так же, как и Самервилл, она была музыкальной активисткой, принимая участие сразу в двух политических группах: The Republic и Happy End. Вместе с женой одного горняка из Кента она написала революционный гимн, который вдохновлял бастующих шахтёров в течение всего года забастовки.

Позднее, во время сбора средств в магазине «Gay’s The Word» и в Брикстонском клубе, Сара Джейн и Джимми исполнили знаковую песню Билли Холидэй «Lover Man», которая звучала так здорово, что вошла в первый альбом Коммунаров, а Сара Джейн была приглашена к сотрудничеству. Позднее она участвовала в записи песни «There's More To Love» и других.

Джимми Самервилл - В прошлом вы записали каверы на несколько диско-песен. Почему вы выбрали именно песни «Don't Leave Me This Way» и «I Feel Love»?

Джимми Самервилл:

- Эти песни культовые для геев и истории геев. Моей целью было забрать их у женщин, которые их исполняли. Наступило время, чтобы гей-мужчина взял эти песни и исполнил их для геев-мужчин. Когда я был мальчиком, эти песни слушали люди, для которых имел значение голос. Я хотел сделать радикальный шаг и спеть их сам как гей для того, чтобы утвердить их» [6]

На съёмки видеоклипа звукозаписывающая компания выделила 70000 фунтов, что было больше, чем стоила запись всего альбома. Съёмки проходили в заброшенных лондонских доках, а в качестве идеи была выбрана футуристическая антиутопия, в которой музыканты играли подпольный концерт. Ричард Коулз мелькает в видео лишь эпизодически, большая часть видеоряда посвящена Джимми, который поёт на сцене. Ему вторит вокал Сары Джейн, женский духовой оркестр и Джун Майлз Кингстон, которая сидела за ударной установкой.

По сюжету, музыкантов преследует блондин с рацией, которого заставляет шпионить загадочный человек в тёмных очках и с усами (его роль исполнил сценограф группы Рэй Оксли). Разрываемый между совестью и страхом, блондин сдаёт группу, и в ходе полицейского рейда, публика разбегается. Вымышленность сюжета была лишь кажущейся. Он недвусмысленно отсылал к тогда ещё недавним временам, когда геи могли свободно собираться только на квартирниках или в подпольных клубах, которые часто располагались в каких-то случайных помещениях и носили не менее футуристический антураж, чем декорации клипа. Если в компанию проникал стукач, то в разгар веселья в клуб врывался полицейский наряд, который нещадно избивал всех без разбора и забирал в участок всех, кого мог поймать.

Сингл возглавил британский чарт, когда музыканты находились на гастролях в Италии, что несколько отрезало их от успеха, ведь в Италии эта пластинка была выпущена совсем недавно и не успела набрать популярность.

Ричард Коулз Ричард Коулз:

На следующий день прибыл подарок от Элтона Джона, ящик Дом Периньона. Ещё один ящик прибыл от London Records и ещё один от нашего американского лейбла. До конца недели мы писали исключительно шампанским. Вот как это бывает, когда ты первый номер [1].

Уже совсем скоро и в далёкой Италии песня взлетела до 5-й строчки национального чарта, и музыкантов со всех сторон постоянно окружали толпы молодёжи. Однажды из-за оплошности охраны, они чуть не были разорваны толпой.

Успех песни сделал музыкантов завсегдатаями шоу Top of the Pops, и с каждым разом слава становилась всё сильнее. Тем временем, на своей домашней студии в Вест-Виллидж Майк Торн записал несколько ремиксов на эту песню с использованием синтезатора Synclavier. Самым ярким из них был «Gotham City Mix», который был разделён на две стороны 12-дюймового сингла и длился, в общей сложности, 22 минуты 55 секунд! Ему было суждено возглавить американский чарт US Dance.

Don’t Leave Me This Way - Gotham City Mix

В примечаниях к альбому говорилось, что песня «Don’t Leave Me This Way» посвящается Совету Большого Лондона. В своё время GLC (Great London Counsil) финансировал фестиваль «Сентябрь в розовом», для выступления на котором была сформирована группа Bronski Beat. Для левых и социалистов это была последняя отдушина, но как раз в те дни Маргарет Тэтчер выступила за его закрытие. 31 марта 1986-го года консерваторы предприняли попытку ликвидировать совет, посмевший вступить с ними в конфронтацию. В ту ночь четверть миллиона человек собралось на площади возле County Hall с акцией протеста.

На оборотной стороне сингла была песня «Sanctified» («Посвящённый»).

Песня «Не покидай меня так» была написана в 1975-м году Кеннетом Гэмблом, Леоном Хаффом и Кэри Гилбертом. Хотя самой известной её исполнительницей была Тельма Хьюстон, первым её исполнила группа Harold Melvin & the Blue Notes из Филадельфии. В исполнении Тедди Пендерграсса песня заняла 3-ю строчку в диско-чарте Billboard и 5-ю в британском чарте синглов. Год спустя, лейбл Motown записал свою кавер-версию. Первоначально её должна была исполнять Дайана Росс, но она отказалась, передав песню молодой и подающей надежды Тельме Хьюстон, в исполнении которой песня достигла 1-й строчки сразу трёх американских чартов Billboard: Soul, Dance и Hot 100. В британском чарте она заняла 13-ю строчку. Как часть золотой классики диско и как сильнейший гимн любви она, безусловно, представляла большой интерес для Джимми. Позднее «Коммунары» выпустят кавер на ещё один диско хит – песню «Never Can Say Goodbye» Глории Гейнор.

В разное время песню «Не покидай меня так» также исполняли The Temptations, Шер, Джейсон Донован и другие.

So Cold the Night

So Cold the Night

Ещё один шедевр, созданный «Коммунарами» – красивейшая песня «So Cold The Night» («Такая холодная ночь»). В ней пелось о безответной любви наблюдателя, который следит за объектом своего вожделения из окна:

Я слежу за твоим окном,
Я дрожу от страха
Шпионя из свой комнаты
С нервным беспокойством
Ночь за ночью твои пальцы
Ласкают кожу
Которую ты медленно обнажаешь

Скоро мы будем вместе,
Но пока ночь так холодна….

Мелодия песни довольно необычна для британской группы – в ней много протяжных восточных мотивов, и даже видеоклип наполняют виды аравийской пустыни. Джимми поёт в зале, напоминающем дворец шаха, стены которого покрыты мельчайшими восточными узорами.

На оборотной стороне диска были треки: «When The Walls Come Tumbling Down» и «Never No More».

Этот сингл был выпущен следом за успешным «Don’t Leave Me This Way», и на него возлагались большие надежды. Но так высоко он не поднялся. Песня заняла 8-ю строчку в британском и голландских чартах, 14-ю в Германии, 17-ю во Франции и 25-ю в американском чарте танцевальной музыки.

Альбом «Communards»

В целом, по сравнению с Bronski Beat, творчество Коммунаров стало более серьёзным и ещё сильнее сконцентрировано на политике и проблемах секс-меньшинств.

The Communards

В нём было меньше танцевальных тем, а в аранжировках значительное место занимали не электронные, а живые инструменты. Очень красиво звучит саксофон в композиции «Forbidden Love» («Запретная любовь»), а в пронзительно-грустной колыбельной «Reprise» («Реприза») можно услышать игру виолончели. В джазовом «Lover Man» центральное место отведено фортепиано.

Но не обошлось и без старого доброго синти-поп: «Disenchanted», «So Cold The Night», «Heavens Above» звучат ярко и динамично.

В британском альбомном чарте он занял 7-е место, в Голландии 5-е, в Швейцарии 10-е, в Германии 15-е, в Италии 18-е и 90-е в Billboard Hot 200.

Концерты

The Communards - Live Concert

Первый гастрольный тур Коммунаров проходил весной 1986 года. Вопреки ожиданиям, он не был очень успешным. Джимми и Ричард ожидали, что группа если не превзойдёт то хотя бы повторит успех Bronski Beat, но пока группу мало кто знал, к ней относились как к Bronski Beat №2. Ситуацию не улучшало и то, что Bronski Beat продолжал гастролировать с новым солистом, что лишь укрепляло всеобщее убеждение, что Джимми продолжает прежнюю стилистику, что не соответствовало ожиданиям.

Тур начался во Франции, где группу приняли весьма тепло – сингл «You’re My World» разошёлся там очень хорошо. Финальный концерт проходил в знаменитом концертном зале L’Olympia на Бульваре Капуцинов, где выступали Эдит Пиаф, The Beatles, Фрэнк Синатра и Doors.

The Communards

Но по возвращении в Великобританию дела обстояли хуже. Арендованные концертные залы едва ли заполнялись на треть. Это было страшным ударом по самолюбию Джимми, когда после ошеломляющего успеха с Bronski Beat он вдруг оказался в безвестности. Будучи лицом успешной синти-поп команды, он рассчитывал, что заберёт её славу с собой. Но слава просто улетучилась, не доставшись ни Bronski Beat, ни ему самому. Тревога и отчаяние выливались в выпивку, истерики и ссоры с Ричардом. К счастью, после нескольких успешных синглов продажи улучшились, а переход от концертных площадок к клубному формату позволил собирать полные залы, ведь в гей-клубах Джимми прекрасно знали.

В Италии музыканты сотрудничали с итальянской коммунистической партией, руководитель которой Энрико Берлингуэр порвав отношения с СССР после вторжения а Афганистан, основав новое течение «еврокоммунизм». Партия заказала «Коммунарам» несколько концертов на проводимых ею фестивалях в городах, где она имела большую популярность, например, в Кремоне. В Риме Коммунары выступали на знаменитой Арена ди Верона, на главной площади города Пьяцца Бра.

В Испании группа была настолько популярна, что в Сарагосе на улице за ними погналась толпа местных ребятишек, от которых музыкантам пришлось укрыться в местном храме.

На национальном стадионе в Дублине группа неожиданно столкнулась с тем, что большую часть аудитории составляли девушки, которые забросали артистом браслетами, трусиками и цветами, причём один из браслетов со всей силы угодил в лицо Ричарду Коулзу.

The Communards

Вскоре после успеха «Don’t Leave Me This Way» французская звукозаписывающая компания предложила «Коммунарам» принять участие в видеосъёмках тропического шоу на острове Реньюон в Индийском океане, где они провели несколько незабываемых дней.

17 апреля 1986 года в Бейруте ливанской милицией был похищен британский журналист Джон МакКарти. Весть о его похищении была с негодованием встречена в Великобритании. В его поддержку проводились концерты, на одном из которых в лондонском клубе KOKO выступали и Коммунары. По воспоминаниям Ричарда Коулза график выступлений был таким плотным, что он начисто забыл о цели концерта, и, чтобы ничего не испортить, решил выкрикнуть парочку типовых лозунгов, которые Коммунары обычно произносили на всех концертах: «Мы считаем, что правительство должно делать больше!», «Мы надеемся на скорое разрешение этой проблемы!», пока мимо не прошёл кто-то в бесплатной футболке с портретом Джона МакКарти, напомнив ему о цели концерта.

Montreux Festival

В мае, сразу после записи альбома «Red» группа отправилась на музыкальный фестиваль в швейцарский Монтрё, но если год назад, когда они оба выступали там в составе Bronski Beat, дружба Ричарда и Джимми была в зените, на этот раз взаимные обиды давали себя знать. До самого выступления музыканты не разговаривали, и на сцене каждый жил своей жизнью. Коммунары открывали третий день фестиваля 13-го мая. Следом за ними выступали такие звёзды как Ким Уайлд, Крис Ри, Стинг, Ричард Маркс и другие.

В этом туре родилось сразу две легенды, которые растащила жёлтая пресса. В первой, Джимми (который, как известно, был вегетарианцем), увидел живого омара в большом аквариуме и, якобы, выкупив его у ресторана, выпустил его в воды озера Леман, где тот почти сразу умер. Вторая история была тоже связана с рестораном – якобы, «Коммунары», встретившись в ресторане с коллективом группы Beastie Boys, устроили битву едой. Такие истории часто подбрасывались прессе PR-менеджерами, чтобы интерес к группе не ослабевал.

Red Wedge (Красный клин)

Красный клин

Будучи сторонниками левых идей, Джимми и Ричард активно сотрудничали с движением Красный Клин (Red Wedge) – группой музыкантов-активистов, которые использовали поп-музыку для привлечения британской молодёжи к партии лейбористов.

Название «красный клин» отсылает к плакату советского художника-авангардиста Лазаря Лисицкого 1919-го года «Бей белых красным клином».

Несмотря на столь явно советскую символику, Красный клин не был коммунистическим движением и даже частью партии лейбористов, хотя его офис и размещался в штаб-квартире партии.

Во главе Красного клина стояла Аннаджа Дэйвид, а также Билли Брэгг и Пол Уэллер. Его целью №1 было сделать идеи социалистов популярными и лишить большинства правительство Тэтчер на выборах 87-го года.

Красный клин стартовал 21 ноября 1985 года, когда лейборист Робин Кук собрал музыкантов в Вестминстерском дворце. Было организовано сразу несколько крупных туров, первые из которых начинались уже в январе-феврале 1986 года. В тур отправились Коммунары, Билли Брэг, группа Пола Уэллера The Style Council, а также Норман Джискомб, Лорна Джи и Джерри Дэммерс. В качестве приглашённых гостей выступали: Madness, Bananarama, The Blow Monkeys, Heaven 17 и другие.

Ричард Коулз Ричард Коулз:

Мне очень нравилось выступать с «Красным Клином», да я думаю и всем нам. Исполнение нашей общей песни «Moving On Up» - со Style Council, Билли, Madness, Элвисом Костелло и Spandau Ballet – было одними из самых счастливых пяти минут, проведенных на сцене. Мы выступали все вместе, что необычно для поп-звёзд, между нами был дух общей цели и не только между артистами, но и со зрительской аудиторией, которая была огромной и благодарной [1].

Выборы 1987-го закончились очередной победой консерваторов, после которой Красный клин прекратил выступления. Музыканты покинули группу, но издание журнала «Well Red» продолжалось вплоть до 1990-го года, когда финансирование прекратилось, и Красный клин был официально расформирован.

Альбом «Red»

Red

Второй альбом выглядел не менее провокативно – он назывался «Red» («Красный») и на его красной обложке была звёздочка. Возможно, в эпоху Застоя и Холодной войны, западная группа, которая так симпатизировала социализму, встретила бы горячую поддержку в СССР. Её пригласили бы в Москву, интервью участников напечатали бы в «Комсомолке», а гастрольный тур по всему Союзу щедро оплатили нефтедолларами. Но в Стране Советов шли Перестройка, идеология пересматривалась, и всем было не до британских Коммунаров.

Джимми и Ричард планировали сделать второй альбом более личным, но студию звукозаписи беспокоил его коммерческий успех, и, согласившись оставить акустические треки в качестве половины альбома, они подключили к сотрудничеству коммерчески успешного продюсера Стефана Хэйга (Steven Hague), который только что написал успешный трек «True Faith» для группы New Order (позднее Стефан будет продюсировать и сольное творчество Джимми Самервилла). С ним Коммунары записали свой следующий диско-кавер «Never Can Say Goodbye» («Не могу сказать прощай»).

Ричард Коулз Ричард Коулз:

Вторые альбомы, как известно, трудны. Твой первый альбом исходит из опыта, когда будучи юным, открывая новое, ты выстраиваешь свою собственную жизнь. Второй альбом тоже исходит из твоего опыта, но это уже другой опыт – поездки в автомобилях рано утром, съёмки видеоклипов, заселения в гостиницы - не настолько богатые, как хотелось бы. К этому моменту отношения между участниками группы могут быть уже сложными, а мои с Джимми часто бывали очень сложными [1].

Несомненно, альбом был более серьёзным – сразу две песни: «For A Friend» и «Lovers And Friends» были посвящены теме СПИДа. Примерно половину треков составлял великолепный электронный синти-поп: «Tomorrow, «There's More to Love Than Boy Meets Girl», «Victims», «Hold On Tight». Два трека «Matter Of Opinion» и «Never Can Say Goodbye» - старое доброе, инструментальное, диско, каким оно было в 70-е!

Communards

Критики приняли альбом по-разному: Энди Келлман из издания Allmusic определил работу как «вершину их грандиозного дебюта практически в каждом аспекте», а синглы «Tomorrow» и «There's More to Love Than Boy Meets Girl» как «сильнее, чего бы то ни было в их дебюте» [7]. С другой стороны, Кэйт Уолтер из Spin называет его «слабее, чем их искромётный дебютный альбом» [8]. Мнение Марка Хупера из «The Rough Guide to Rock» - своеобразная золотая середина - он описывает альбом как «не менее состоявшийся, чем его предшественник» [9].

Обзор Келлмана отмечает продюсерскую работу Стефана Хэйга и называет альбом «знаковой евродэнс-записью второй половины 80-х». Уолтер относит «урчащие синтезаторы» Коулза и «возгласы» и «визги» Самервилла к положительным моментам, но критикует вторую сторону альбома за заторможенность. Успех альбома «Red» был выше, чем у предшественника: 4-е место в британском чарте (у «Communards» было 7-е) и платиновый статус, а вот в Америке несколько ниже: 93-я строчка в Billboard Hot 200 (первый альбом был на 90-м месте).

Tomorrow

Tomorrow

Первым синглом, выпущенным в поддержку нового альбом стал трек «Tomorrow», представлявший собой прекрасный образец британского синти-поп. В песне говорилось о расставании из-за домашнего насилия: завтра героиня покинет того, кто не может удержать в себе зверя и скрыть свою жестокость, чтобы начать новую жизнь и снова радоваться жизни.

В видеоклипе, где Джимми и Колуз исполняют песню в полутёмной студии, видеоряд периодически пронзают заголовки из газет, в которых говорится о случаях домашнего насилия, игнорировании подобных эпизодов полицией и фотографии несчастных женщин и их детей. На обратной стороне пластинки был инструментальный трек «I Just Want To Let You Know» («Я просто хочу, чтобы ты знал»). Как и остальные песни, которые «Коммунары» написали сами, сингл не увидел большого успеха - 23-я позиция в британском чарте.

Never Can Say Goodbye

Never Can Say Goodbye

Памятуя об успехе прошлогоднего сингла «Don’t Leave Me This Way», Коммунары записывают ещё один кавер на диско-классику. На этот раз был выбран шлягер Глории Гейнор 1974-го года, ранее исполнявшийся Jacksons 5.

К работе над песней был подключён продюсер Стефан Хэйг.

Несмотря на то, что в записи участвовали настоящие струнные и духовые инструменты (их партии написал Ричард Коулз), значительная часть звука была компьютерной. В результате изначально инструментальное диско приобрело отменное хай-энерджи звучание!

Ричард Коулз Ричард Коулз:

«Я никогда не чувствовал себя большим мошенником, чем когда изображал игру на синтезаторе под музыку, которая была придумана, запрограммирована и сыграна программистом Стефана» [1].

Видеоклип для песни был снят за один день в одном Ист-Эндском ночном клубе, который был выбран из-за светящегося пола, отсылавшего к культовому для всех дискоманов фильму «Лихорадка субботнего вечера». В качестве массовки, в съёмках участвовал профессиональный танцевальный коллектив с хореографом. На фоне танцоров Джимми выглядел довольно естественно, в то время как Ричард в его строгом сером костюме и очках смотрелся несколько странно!

- Можете ли вы припомнить самые первые диско-записи, которые вы услышали?

Джимми Самервилл:
Джимми Самервилл
- Это сложно. Я родился в 1961-м году, так что период от начала до середины 70-х, то есть от Уэст Кост до начала диско-эры был довольно долгим. Трудно сказать, что я услышал сначала – определённо это было по радио или на телешоу Top Of The Pops. Есть пара записей, которые я действительно помню: «Rock Your Baby» Джорджа МакКрея и «Feel The Need» от The Detroit Emeralds.

Моя мама слушала музыку, когда по воскресеньям готовила на кухне завтрак.
Одна из первых песен, которые я тогда услышал, была «I Have Been Lonely For So Long» Фредерика Найтса, это ещё одна песня, которую я помню из детства, мне тогда было лет 12 или 13. Потом, я помню, как вступил в клуб аудиолюбителей, где можно было приобретать пластинки по почте. Вот три альбома, которые я тогда купил: «Cocomotion» от El Coco, «Never Can Say Goodbye» Глории Гейнор и причудливая африканская пластинка духовных песен [6].

Также на пластинке были треки: «'77 The Great Escape», «Piece Of Saxophone», «I Do It All For You».

Как и ожидалось, сингл вернул группу на вершины чартов: 4-место и серебряный статус в Великобритании, 2-е в US Dance, 3-е в Нидерландах и 51-е в Billboard Hot 100.

There's More To Love

There's More To Love

Для следующего сингла была выбрана песня с довольно откровенным содержанием:

«Есть большая любовь,
Чем между мальчиком и девочкой,
Странная и бесконтрольная любовь
Может случиться с каждым»

В альбоме её название было зашифровано аббревиатурой: «T.M.T.♥.T.B.M.G.».

Видеоклип, по моде того времени, снят на белом фоне, в нём можно увидеть всех участников команды, а не только Ричарда и Джимми.

«Я бы хотел прокричать
C самой высокой горы
Чтобы сказать миру, что я нашёл любовь,
И что она значит для меня.
Но вокруг только насилие и законы,
Которые заставляют меня снова думать.
Может быть, однажды они поймут».

Также на пластинке были треки: «Zing Went The Strings Of My Heart», «Spanish Rap (El Amor No Es Solo Un Hombre Y Una Mujer)» и кавер на песню Конни Фрэнсис «When The Boy In Your Heart Is The Boy In Your Arms».

Сингл занял 20-е место в британском и 34-е в немецком чарте.

For A Friend

Ричард Коулз Ричард Коулз:

Видеоклип для этой песни довольно точно отражал действительность: Джимми и я разговариваем в кафе в то время, как плачет саксофон. Так беседуют люди, которые находятся в конце чего-то - брака или партнёрства, и это действительно было так: к тому моменту мы раздумывали над тем, как всё закончить [1].

Печальная песня «For A Friend» («К другу») потрясла аудиторию. Это был настоящий плач по товарищу, чью жизнь унесла «чума ХХ века», она посвящалась общему другу Марку Эштону. Надо сказать, эта тема часто поднималась гей-музыкантами – в то же самое время у Bronski Beat вышла песня Dr.John, а через несколько лет не меньшего эффекта достигнет песня Джорджа Майкла «Jesus To A Child».

For A Friend

«Когда я смотрю, как садится солнце,
Наблюдаю как мир исчезает,
Всё, что я хочу, это поцеловать тебя ещё раз
На прощанье».

Если в США эпидемия СПИДа разразилась ещё в начале 80-х, до Великобритании она докатилась только в конце десятилетия. Заболевание ещё не было изучено, и о его природе толком было мало известно. Геев оно затронуло в первую очередь, ведь из-за беспорядочных половых связей они находились в зоне риска. В 80-е от СПИДа умерли многие культовые гей-музыканты: Патрик Каули (его жизнь оборвалась в 1982-м году), Либераче (1987-й год), Сильвестр (1988-й), Фредди Меркьюри (1991-й). В начале 80-х, во время операции на сердце, СПИД занесли культовому писателю-фантасту Айзеку Азимову.

- Лето любви оказалось коротким?

Джимми Самервилл:
Джимми Самервилл
- Сразу после него возникла первая волна людей с диагнозом СПИД. Никто не понял, что это было, но оно убивало людей, и внезапно десятилетие сексуальной свободы и гей-парадов исказилось от этой инфекции и превратилось в десятилетие смерти, дискриминации, истерии и страха. Вы должны помнить об этом, когда говорите о диско. Это тяжело.

- Воспринимаете ли вы себя как «выжившего» в 80-е?

- Это очень интересный вопрос. Мне так не казалось до недавнего времени, пока я не начал работать над собой, задумываться о том, кто я, и о некоторых аспектах моего прошлого. В какой-то момент жизни я даже чувствовал себя виноватым. Мне кажется, что об этом нужно говорить.
Я думаю, когда что-то происходит: что-то травмирующее, например, война или эпидемия, мы не обсуждаем чувство вины тех, кто выжил. Это особенно верно в случае гей сообщества. Я был гедеонистом, был сексуально раскрепощён, и я не был инфицирован. Но я был затронут эмоционально и психологически, потому что я спрашивал себя: «Почему они, почему не я?». По прошествии лет, я могу сказать, что возможно я спасся, потому что должен был рассказать об этом времени. Только спасшийся может это сделать. Теперь я могу рассказать людям о второй волне сексуального раскрепощения и ужасном «поцелуе смерти», который за ним последовал. И я могу рассказать о музыке, которая была на все времена: диско музыке. [4].

Также на диске был ремикс «Don't Leave Me This Way (Son Of Gotham City)» и концертная запись песни «Victims». Сингл достиг 28-го места в британских чартах. В 2014-м году песня вошла в саундтрек к фильму «Pride» («Гордость»), посвящённый шахтёрским забастовкам 80-х и их сотрудничеству с гей-сообществом.

К сожалению - здоров!

Communards

Последние концерты Коммунаров были омрачены ухудшением отношений между Джимми и Ричардом. Бывшие друзья почти не разговаривали, и более всего от этого молчаливого равнодушия страдал Ричард. В Швейцарии, посреди гастрольного тура «Red» Ричард почувствовал недомогание. Жгучая боль в бедре и пузыри на коже привели его в ужас – в Великобритании свирепствовала эпидемия СПИДа, и, будучи геем, он попадал в группу риска. Сдав анализы, он с ужасом и опустошением дожидался результата…

Ричард Коулз Ричард Коулз:

«Я хромал на сцене и выглядел вялым за синтезатором, что, вероятно раздражало Джимми, потому что однажды ночью мы поссорились, и в гуще скандала я закричал: «Я болен, я только что узнал, что я ВИЧ-инфицирован – отстань от меня!».
Джимми был ошеломлён: «мне очень жаль, малыш!» - сказал он.
Я заметил, что ужасная новость имеет свои плюсы, сочувствие, симпатию там, где её не было, своеобразный статус, место под солнцем. А потом я позвонил доктору.
«Хорошие новости», - сказал он, - «я получил результаты вашего теста. Результат отрицательный». Так я стал единственным человеком, который был разочарован услышать, что у него нет СПИДА» [1].

Диагноз был - «опоясывающий лишай», переболев которым, Ричард отделался «лёгким испугом», но об этом случае, когда, чтобы добиться внимания и сочувствия товарища, он притворился неизлечимо больным, Ричард до сих пор любит вспоминать в своих интервью.

Последние концерты

The Communards

К 1988-му году из малоизвестного синти-поп дуэта, выступавшего в провинциальных гей-клубах Коммунары превратились в именитую поп-группу, которая приносила большие доходы и, соответственно, могла большее себе позволить. Конечно, наибольшую прибыль им принесли кавер-версии. Но разве так важно, какие именно песни сделали группе имя, если они нравились публике?

Ситуация складывалась парадоксальным образом – чем выше был успех, тем сильнее нарастали взаимные усталость и противоречия между Джимми и Ричардом. Публика встречала их овациями, в то время, как они отрабатывали концерты как тяжёлую трудовую повинность. Было и ещё одно серьёзное противоречие - став частью шоу-бизнеса, Джимми и Ричард всё меньше походили на образцовых «коммунаров», которые выступали против капиталистов и стремились «всё отнять и поделить». Оказавшись в высшем эшелоне, они сами стали капиталистами. А их обращения к публике на концертах становились всё более короткими и фальшивыми…

Ричард Коулз

Ричард Коулз:

Возможно, Джимми и я были в плохой форме, но «Коммунары» были как нельзя лучше. Второй альбом был распродан очень хорошо, как дома, так и за границей. С тех пор, как мы вошли в высшую лигу, туры стали дольше и более насыщенными. Теперь вместо автобусов и регулярных рейсов мы добирались до концертов в частных самолётах, что, на самом деле, большая экономия, когда ты обрастаешь свитой, которую берёшь с собой в тур: оперативные прачки, повара и мастера шиатсу.

На наш концерт в Гластонбери из отеля в городе Бат нас доставлял вертолёт, откуда мы смотрели, как тысячи людей хлюпают по грязи. Все успешные группы должны привыкнуть к тому, что пропасть между тем, что они говорят, и тем, кем они стали будет только нарастать, но для нас это было особенно остро, ведь мы так много рассказывали о том, кем мы были.

На шоу Top Of The Pops мы были приглашены во время забастовки техников BBC, и мы должны были решить – или пройти сквозь пикет для того, чтобы разрекламировать сингл, или не пересекать пикет и сорвать продажи. Мы пересекли линию пикета в лимузине с затемнёнными стёклами, притворившись, что не заметили плакаты и крики [1].

Майк Торн Майк Торн:

Два выступления остались в моей памяти. Одно из них было в Хаммерсмит Одеон, в то время мы собирались выпускать ремикс на первый сингл под названием «You Are my World New York 87 Remix». Одной из высших точек песни было соло Джимми, который держал ноту на слове «You» до того как ударил припев. Весь зал подпевал ему и держал её вместе с ним, перекрывая рёв колонок. Если бы только я это записал, это был бы сэмпл, с которым можно было бы «поиграться» при записи клубного ремикса спустя несколько недель. Опасно пост-модернистский.

Второе выступление проходило в Альберт Холле. Концерт в Альбрет Холле – это вершина британского шоу-бизнеса. Это не первый концерт, чтобы работать в пол силы. Ты выгребаешь всё для такого мероприятия. Мы все ждали наряд Сары Джейн несколько недель.

Albert Hall Акустику зала и сцену необычной формы контролировать очень непросто, но Коммунары весь вечер держались безупречно. Возможно, энергия родилась от непосредственности, которая помогла задать настроение, которое в этом пугающем пространстве не всегда способны создавать даже гораздо более опытные исполнители. Было очень приятно видеть, как маленький, но сильный человек, который тремя годами ранее работал только в небольших клубах, держал аудиторию, как говорится, «в кулаке». Зал уменьшился до размеров гостиной. Это было одно из самых памятных выступлений, которые я когда либо посещал. Ближе к концу, когда эмоции зала таяли, я услышал вступление к очередной песне: «Это для Майка». Сложно сдержать слёзы даже спустя столько лет [2].

Последний концерт в Англии проходил в Брайтоне, и он чуть было не был сорван из-за того, что Джимми неожиданно исчез в перерыве между проверкой звука и выступлением. На его поиски была снаряжена целая поисковая группа, но солист неожиданно появился сам. Обратно в Лондон Джимми возвращался на автобусе со всей группой, а Ричард на поезде, с агентом. Оставаться вместе было невыносимо для обоих.

Ричард Коулз Ричард Коулз:

«Мы сыграли ещё один последний концерт в Барселоне, и это был конец: огни потухли, толпа разошлась по домам, мы продали последнюю пару шорт Communards, и моя карьера в поп-музыке закончилась» [1].

Распад группы

Richard Coles

О причинах распада музыкальных групп принято говорить отдельно. Но будет лучше, если участники группы сами обо всём расскажут!

Ричард Коулз:

У меня было испытание прессой. Не потому, что я чувствовал, что моя драгоценная конфиденциальность была нарушена, но потому, что она не была нарушена слишком сильно. Каждый хотел знать всё о Джимми, но никто ничего не хотел знать обо мне. Конечно, они хотели, но постоянное игнорирование журналистами было порой невыносимо, и множество раз я выходил с интервью после получасового молчания. Как-то раз один журналист просто сердито сказал мне, чтобы я сидел тихо, когда я ответил на вопрос, который, как мне казалось, касался нас двоих.

Часто причиной стресса и раздражения в наших отношениях с Джимми были репетиции. Он ненавидел репетиции, он не умел читать музыку, он работал исключительно инстинктивно, это был певец-самоучка, и пока я возился с технической частью, он скучал и капризничал. Думаю, я только усугублял всё, слишком сильно наслаждаясь своей неожиданной полезностью. Моя важность и его нетерпеливость часто выливались в отношения родителя и ребёнка.

Communards

Когда мы были просто друзьями, я всегда был рядом, когда ему была нужна поддержка. Но работая с ним, я часто сам становился причиной гнева и раздражения.

Джимми и я были равноправными участниками группы, и часто те, кто отправлялись с нами в тур - наши менеджеры и агенты, когда было нужно в чём-то убедить Джимми или заставить что-то сделать против его воли, считали это моей работой, что только добавляло нам взаимных обид.

Иногда его злостное нежелание делать то, что, как мне казалось, было наиболее разумным, сводило меня с ума. Только теперь я понял, что не понимал, почему он принимает те решения, который он принимал, оттого, что наши взгляды слишком на многое были различными. Наша самобытность, наши различия, которые поначалу нам помогали, теперь представляли угрозу нашему существованию. Работа на альтернативной гей-сцене в Лондоне в начале 80-х связывала нас общей целью и опытом. Поп-музыка, с её постоянным давлением, выявляла наши разногласия и разрывала нас.

Я ненавидел то, что Джимми получал больше внимания, чем я и больше уважения, чем я. Я ненавидел то, что каждый хотел получить какую-то часть его, что в отелях ему бронировали номер-люкс, а мне обычный номер; я ненавидел, когда я подписывал автограф фанату, и он видел Джимми, то вырывал записную книжку из моих рук, оставляя на странице лишь неровный зигзаг там, где должно было быть моё имя.

Я злился, что меня игнорируют в интервью. Я злился из-за того, что вертолёт улетел без меня, потому что про меня просто все забыли. Я злился, когда охранник не позволял мне пройти на место выступления когда я забывал пропуск, хотя мы стояли рядом с плакатом, на котором было моё фото. Я ненавидел, когда Лорна, чтобы провести к Джимми за кулисы какого-нибудь норвежского журналиста одалживала мой пропуск, после чего охранник не пускал меня в гримёрку, потому что не знал, кто я. Теперь мне стыдно за своё грубое самолюбие и тривиальность обиды, но тогда мне так не казалось.

Однажды, когда мы шли без охраны, мы были пойманы на выходе из концертного зала восторженной группой фанатов, которые, оттолкнув меня в сторону, окружили Джимми, выкрикивая, какой он замечательный. В этот момент что-то внутри щёлкнуло: «А КАК ЖЕ Я?».

Communards

Словно пара, живущая в умирающем браке, Джимми и я старались встречаться как можно реже. Он общался со своим окружением, а я со своим. Написание песен было заброшено. И мне было ясно, и, я думаю, Джимми тоже, что мы переживаем конечную стадию. К тому моменту в создании музыки не было ни малейшей радости - на YouTube в видеозаписях наших живых выступлений можно заметить, что песни исполняются слишком быстро - не потому, что мы хотели показать свою виртуозность, а потому что они нам надоели и мы хотели побыстрее доиграть их до конца.

У меня было строгое убеждение как нам не надо это делать – я не хотел анонсировать расставание, тем самым давая возможность СМИ для злорадства и обвинений. Я не хотел объявлять о создании сольного проекта, чтобы звукозаписывающая компания могла продолжить получение отчислений с наших записей. Я не хотел заниматься сольными проектами и не хотел быть в группе. Я вообще никогда не хотел быть в группе, но эта возможность была слишком хорошей, чтобы её упустить. В конце концов мы договорились, что объявим, что мы ненадолго остановимся, возьмём перерыв, когда работа над альбомом и наш тур закончатся [1].

Джимми Самервилл Джимми Самервилл:

Я всегда страдал от само-одержимости и от недостатка уверенности в себе, из-за этого период «Коммунаров» мне запомнился как бесконечные дискуссии о том, как мы должны (или должны были) сделать музыку по-другому. Это время запомнилось мне как не творческое [4].

Дальнейшая судьба Ричарда Коулза

Richard Coles

После окончания поп-карьеры Ричард Коулз начинает карьеру писателя и журналиста, публикуясь в литературно-критическом еженедельнике The Times Literary Supplement и The Catholic Herald – лондонском католическом издании. Всё больше Ричард сближается с религией – во многом на это повлияла смерть близких друзей от СПИДа в конце 80-х.

С 1991 по 1994-й он обучается теологии в лондонском Королевском Колледже, где принимает католицизм и получает магистерскую степень за исследование греческого текста Послания апостола Павла к Ефесянам.

Rev TV Show

В 2001-м году Колуз переходит в англиканство – в отличие от католических, протестантские церкви допускали рукоположение гомосексуалистов. В 2003-м году он начинает обучение в Колледже Воскресения в Мирфилде, Западный Йоркшир, по окончании которого получает сан священника англиканской церкви. После рукоположения Ричард становится куратом в церкви святого Ботольфа в Бостоне, затем в церкви святого Павла в Найтсбридже, Лондон. В январе 2011 года Коулз был назначен приходским священником церкви Святой Девы Марии в Файндоне, в епархии Питерборо. Также он служит капелланом в Королевской академии музыки.

В 2010-м году на телеканале BBC вышел комедийный сериал «Rev» («Преподобный»), основной персонаж которого был скопирован с Ричарда Коулза. Роль преподобного в сериале исполнял Том Холландер. Ричард Коулз принимал участие в рекламе сериала.

1 ноября 2012 года вышла в свет его книга «Жития невероятных святых», в которой были собраны истории жизни 200 не самых известных святых, многие из которых до сих пор почитаются. Повествование велось в ироническом тоне, оно сопровождалось иллюстрациями карикатуриста Теда Харрисона. В следующем году был выпущен второй том.

Fathomless Riches

В 2012-м году Ричард был удостоен звания почётного доктора университета Нортгемптона, а также стал членом Королевского общества искусств. В 2014-м году был опубликован первый том его мемуаров «Несметное богатство» («Fathomless Riches»), в котором он рассказывал о своём жизненном пути от поп-звезды до священника.

Помимо своей духовной службы, Ричард Коулз много лет работает радиоведущим. В настоящее время он выступает в передачах «Nightwaves» на канале BBC 3, «Newsnight Review» на BBC 2 и «Saturday Live» на Radio 4, в которой он беседует с гостями студии. Некоторое время Ричард заменял ведущую Фай Гловер (Fi Glover), пока та была в декретном отпуске, а с 2011-го года стал постоянным ведущим.

В настоящее время Ричард Коулз проживает в родном Файндоне вместе со своим гражданским партнёром, с которым они состоят целибатном браке. У них есть четыре таксы.

Интересное

  • Струнную партию для песни «Tomorrow» написал сам Ричард Коулз
  • Песня «Never Can Say Goodbye» засветилась в таких фильмах, как 8-я серия британского телесериала «Доктор Кто» («День отца») и финальном эпизоде сериала «Кухня», в качестве сопровождения танцевального номера Стефана Уайта и визитной карточки британского комедийного сериала «Грешники»
  • В книге «The Rough Guide to Rock» Марк Хупер напишет, что песня «For a Friend» - наиболее страстное произведение Саммервила [9]
  • Песня «Lovers And Friends» была полностью написана Ричардом Коулзом
  • Помимо музыкантов вместе с группой на гастроли отправлялось большое количество персонала. Однажды скрипачка группы Энни не смогла найти няню, и ей пришлось взять шестилетнего сына с собой в гастрольный тур
  • В фильме группы Style Counsil JerUSAlem, вышедшем в 1987-м году, текст за кадром читал Ричард Коулз

Ссылки

1. Ричард Коулз «Несметное богатство или как я дошёл от поп-музыки до амвона»

2. Статья «Коммунары» - воспоминания Майка Торна, октябрь 2000-го года

3. История движения LGSM (Lesbians and Gays Support the Miners), Википедия (англ.)

4. Интервью изданию «Electronic Beat», 11 марта 2015

5. Забастовка британских шатхёров, Википедия

6. Интервью Джимми Самервилла изданию «Quietus», 25 марта 2015 года

7. Энди Келлман – рецензия на альбом «Red»

8. Кэйт Уолтер – рецензия из издания «Spin»

9. Марк Хупер – «The Rough Guide to Rock»

Обсудить ВКонтакте