Вверх

Константин Пахомов

2017-07-06 00:05:18

Дмитрий Семенидо

Константин Пахомов

Константин Пахомов

Константина Пахомова можно назвать одним из самых загадочных участников Ласкового мая! Он не только стоял у истоков группы, но и был одним из тех немногих, кто там действительно имел музыкальное образование. Но выпустив два сольных альбома и снявшись в кооперативной мелодраме «Влюблённый манекен», Пахомов на годы исчез с телеэкранов. До сих пор о нём известно очень мало. Ходят слухи, что Константин занимается бизнесом по продаже мороженого, а ещё служил в разведке в двух Чеченских войнах. Но подтвердить или опровергнуть их некому. В отличие от остальных экс-Маевцев, Костя не показывается ни в Интернете, ни на ток-шоу Малахова. В этой статье (не претендующей ни на полноту, ни на объективность), мы постараемся собрать воедино имеющуюся информацию об этом таинственном артисте!

О ранней биографии Кости известно мало. Родился 13 января 1972-го года в городе Оренбурге. В отличие от многих других участников «Ласкового мая», сиротой не был. До знакомства с Сергеем Кузнецовым успел закончить музыкальную школу по классу скрипки и попеть в школьном ансамбле [1]. А знакомство это состоялось как нельзя вовремя…

В ту счастливую пору – весной 1988-го года, Май был ещё оренбургской группой, а Андрей Разин – никому не известным администратором группы «Мираж», выдающим себя за племянника Горбачёва. Уже был записан первый альбом «Белые розы», который, разойдясь по Оренбуржью, принёс группе первую… нет, ещё не популярность - известность. Потом коса нашла на камень, Сергей Кузнецов из интерната был уволен, с Юрой Шатуновым ему видеться запретили, и группа осталась без солиста.

Обосновавшись в Доме пионеров Промышленного района, Сергей работал над вторым альбомом Ласкового мая, однако работа не клеилась. С Юрой он успел записать только одну песню - «Медленно уходит осень», кто исполнит остальные было решительно непонятно. В этот непростой момент судьба свела его с Костей…

...Костя появился у нас после того, как мы с Шатуновым «раскрутили» первый альбом. Пришел и сразу быка за рога: - Хочу петь... Я его прослушал, вроде всё нормально. Слышит хорошо. Голосом владеет неплохо, голос хороший, чистый. Но я сразу понял: это не «мой» голос, мне такой не нужен. Однако, поскольку у нас мертвым грузом лежало несколько песен, которые не подходили Юре, я решил записать их с Костей.

(Сергей Кузнецов, «Ты просто был», 1991)

По другой версии, в Доме пионеров Костя оказался из-за того, что у их самодетяльной рок-группы сломалась аппаратура, и им надо было где-то репетировать. Так или иначе, знакомство состоялось именно там, после чего Пахомов стал новым солистом Ласкового мая.

Константин Пахомов и Сергей Кузнецов

Записав с ним песни «Желаю счастья», «Цветы» и «Вечер холодной зимы», дожидавшиеся своего часа уже несколько лет, Сергей быстро закончил второй альбом, получивший неофициальное название «Лето обмануло нас». Юре Шатунову в нём принадлежал лишь первый трек, остальные пять исполнил Костя. Последним был красивый синтезаторный инструментал «Немного о себе».

Но поскольку публика уже знала, что солист Ласкового мая – Шатунов, потребовались разъяснения. Во вступлении чей-то голос объяснял сложившуюся ситуацию: «Юрий Шатунов не смог работать с Кузнецовым, так как дальнейшая работа была невозможна вследствие отрицательного отношения директора школы-интерната №2 города Оренбурга к их совместному творчеству».

Из автобиографической книги Кузнецова «Ты просто был» видно, что Костя вызывал у Сергея Борисовича противоречивые чувства – с одной стороны, Кузнецов высоко ценил профессионализм, с другой – человеческую искренность. Видя, как Костя «работает на публику», с улыбкой принимая цветы за песни, написанные для Шатунова (на живых концертах ему приходилось исполнять и «Белые розы», и другие песни с первого альбома), Сергей всё больше убеждался – сотрудничество это лишь временное, и когда придёт время, Костя перешагнёт через него и пойдёт дальше.

«Знаки зрительского внимания Костя принимал без тени смущения. От этого мне было неловко. Я-то знал, что все это не для него. В действительности все это предназначалось Шатунову. Потому как шли на него. Потому что слышали первый альбом»

(Сергей Кузнецов, «Ты просто был», 1991)

Для Кузнецова, как для автора, было очень важно, кто будет исполнять его песни.

Константин Пахомов и Сергей Кузнецов

И когда Пахомов пел песни, написанные для Юры, их автор переживал глубокий внутренний конфликт, который безусловно сказывался и на отношении к Косте.

Пахомов был уравновешенным мальчиком. Несколько самолюбивым. Очень начитанным. Он не курил и категорически выступал против алкоголя (кажется, до сих пор этими вещами не балуется). Конечно, в обыденной жизни такой букет достоинств только украшает человека. Но на эстраде, на мой взгляд, нужен бунтарь. По крайней мере, мне нужен был бунтарь... Я видел, что у Пахомова собственная музыкальная стезя. И он обязательно найдет ее, если ему чуточку помочь, поддержать его.

(Сергей Кузнецов, «Ты просто был», 1991)

Но поддерживать Костю Сергей не спешил, рассудив, что если это талант, он и сам пробьёт себе дорогу.

Костя Пахомов

Корр: Ты давно мечтал о своей группе?
КП: С самого начала.
Корр: Это когда с самого начала?
КП: Как только я попал в Ласковый май, я стал мечтать о своей группе.

(из интервью 1989-го года)

В мае 1988-го Кузнецову поступило предложение от Оренбургской филармонии: выступить на фестивале «Русское поле», концерты которого должны были проходить в разных городах. Тексты Ласкового мая были официально «залитованы» отделом культуры облисполкома, но даже просьбы чиновников от культуры не смогли убедить грозную Валентину Тазикенову отпустить Шатунова на гастроли.

«Мне позвонил директор филармонии нашей Голиков Игорь Петрович: приглашаю поговорить. Я пришёл к нему, а там Надежда Бабкина сидела у него в кабинете, познакомились с ней. Он мне предлагает - у них фестиваль «Русское поле», он проводится каждый год, начиная с конца мая и в конце июня заканчивается. Давайте вы поучаствуете тоже? Я говорю с удовольствием, только как Валентина Николаевна... Ну, Игорь Петрович поднял все связи, которые есть - ему отказали. Я филармонии предлагаю: давайте возьмём другого вокалиста? Сделаем те же песни, перепоём. Мне, конечно, этого не хотелось, потому что люди слушали Юрку, он звучал из каждого окна, а тут будет Костя... Но пришлось согласиться».

(Сергей Кузнецов, из интервью 2016 г.)

Константин Пахомов и Сергей Кузнецов

В результате, Кузнецов отправился выступать с Пахомовым. Однако судя по книге «Ты просто был», Сергей с самого начала рассматривал это сотрудничество только как временное, и Ласкового мая с единственным солистом Костей Пахомовым не представлял и не хотел.

Работали мы на этих гастролях концертов 50. По 2, по 3 на дню. И получали «бешеные» деньги - аж по 5,50 с концерта! Приезжаем с Костей на стадион - давай аппаратуру разгружать. Разгрузили, отыграли. Давай ее в автобус затаскивать. Перебираемся к местному Дворцу культуры... Там то же самое. Разгрузили - отыграли - погрузили. А впереди еще третья площадка... И это все за несчастные гроши. Поэтому, наверное, ничем хорошим те первые гастроли не запомнились. Хотя принимали нас неплохо. Аплодисменты, цветы, поклонницы…

Пуда соли во время фестиваля «Русское поле» мы с Костей не съели. Огня и воды не прошли. Медных труб - тоже (не в духовом оркестре гастролировали). Но изматывающий график работы, обессиливающие погрузки - разгрузки аппарата - это все выдержали. И Костя оказался надежным коллегой.

(Сергей Кузнецов, «Ты просто был», 1991)

Вероятно, именно тогда Костя успел поработать и диск-жокеем [2] - на всё той же дискотеке Дома пионеров, где тогда официально работал Сергей Кузнецов. В тот момент было ещё неясно, как сложится дальнейшая судьба Ласкового мая. Возможно, Кузнецов и Пахомов записали бы вместе и следующий альбом, который обратил бы на них внимание какого-нибудь московского продюсера (в конце 80-х это слово уже входило в обиход), а быть может Сергей нашёл бы нового солиста. Что до Юры Шатунова, то он так и остался бы доучиваться в Оренбургском интернате №2, втайне мечтая стать профессиональным хоккеистом. Но судьба распорядилась иначе…

Андрей Разин

Константин Пахомов и Андрей Разин

В июне 88-го, Андрей Разин был командирован от студии «Рекорд» в Шостку для закупки магнитной ленты. Случайно услыхав в поезде голос Шатунова, он с большим вниманием расспросил соседа по купе про «оренбургского самородка», затем сошёл на первой же станции и вернулся в Москву, где оформил командировку в Оренбург…

Тряся командировочным листом с печатью Министерства Культуры СССР (студия «Рекорд», где он числился, действительно была приписана к Минкульту), Разин воспользовался советской «вертикалью власти», при которой периферия всегда боялась Центра. Его кипучая энергия и решительные действия сплотили то, что, казалось, уже вернуть невозможно. Отступила и Тазикенова, позволив Юре снова выступать…

Но пока с Разиным в Москву уезжал только Кузнецов. Оформить перевод Шатунова было не просто, а Костю Сергей брать не захотел. Пообщавшись с Пахомовым, Разин пригласил его сам.

Константин Пахомов выступление

Таким образом, роль Андрея в судьбе Кости не была целиком отрицательной, как стремятся теперь это представить. 16-летнего оренбургского девятиклассника ждали первые площадки страны и всесоюзная слава, которой он никогда не узнал бы в одиночку. Вплоть до сентября 88-го, когда в Москву перевезли и Юру, Костя был единственным солистом теперь уже московского Ласкового мая!

Но и Разин не собирался заниматься развитием Кости, на этот счёт у него были совсем иные планы…

После перевыпуска двух магнитоальбомов ЛМ, записанных уже в чистовом варианте на студии «Рекорд», Андрей вплотную занялся тем, для чего и затеял переезд Кузнецова – записью своих песен под маркой уже хорошо раскрученного Ласкового мая. Поначалу Сергей Кузнецов был против того, чтобы Разин становился солистом Ласкового мая, но зависящий от него во всём, основатель группы теперь имел всё меньше прав на собственное мнение...

Группа Ласковый май

Не имея музыкального слуха, Разин имел отменный коммерческий нюх и прекрасно понимал, что если сам он как певец не интересен никому, то вместе с Ласковым маем его всегда будут принимать на ура!

В третьем магнитоальбоме ЛМ, увидевшем свет в октябре, все пять песен исполнял Разин, заодно перепев Костины «Вечер холодной зимы» и «Желаю счастья».

Осенью 1988-го Костя дал своё первое интервью, уже как солист Ласкового мая. В нём он пообещал корреспонденту газеты «Комсомолец Донбасса», что не расстанется с Ласковым маем «как бы ни сложилась жизнь» [3].

Но жизнь сложилась иначе. За целый год тяжёлой и изнуряющей работы для Кости была записана всего одна-единственная песня «Холодный берег», вошедшая в альбом «Восьмое марта». На остальных альбомах, равно как и на большой подарочной пластинке Мая, выпущенной лейблом «Мелодия», не было ни одной Костиной песни. Его основной ролью в Ласковом мае был «разогрев» публики перед выступлениями Разина. Для амбициозного подростка роль жалкая и унизительная…

Константин Пахомов

«Меня использовали как дешёвый разогрев. Я буквально разогревал толпу перед Андреем Разиным, потому что мы ездили с ним в одном в блоке. И потом уже выходил Разин на рукоплещущую толпу. Но в творческом плане не было никаких горизонтов…».

(«Расследование Ласковый май», 1990 г.)

Но не стоит винить в этом одного Разина. Как известно, Сергей Кузнецов хотел видеть солистом Ласкового мая только Юру Шатунова, и все новые песни писал только для него (даже Разину доставались только тексты, которые не подошли Юре - вроде «Старого леса» и «Маскарада»). Что-то писать для Пахомова (хотя это была его обязанность), у него не было ни малейшего желания. Впрочем, творческое сотрудничество Сергея Кузнецова и Андрея Разина было недолгим. Выяснение, кто главнее – администратор или композитор вылилось в шумный уход Кузнецова из группы вместе с остальными музыкантами оренбургского состава. Однако главные солисты – Костя и Юра (и примкнувший к ним Сергей Серков) остались с Разиным. Группа была на пике популярности, и неясная перспектива работать в группе «Мама» их не прельщала.

Константин Пахомов, Юрий Шатунов, Андрей Разин

Лишившись покровительства Сергея, Костя довольно быстро столкнулся с Разиным. Но стоило ему показать характер, как Андрей практически перестал выпускать его на сцену. Доходило до курьёзов - на гастролях по Белоруссии на вопросы, почему не слышно Кости, Разин отвечал, что того забрали в армию, хотя Косте на тот момент было ещё 17 лет [5]!

Константин Пахомов

Корр: Почему ты решил уйти из "Мая"?
КП: Во-первых, сама идея "Мая" - это поющие дети, а я уже далеко не ребенок, мне 17 лет. И во-вторых, эта группа перестала устраивать меня в творческом плане. Я перерос ее музыкальный стиль. После ухода из "Мая" Сергея Кузнецова группа фактически перестала существовать. Дело в том, что Сергей был родником, который питал своей музыкой идеи "Мая". А с его уходом завяли "Белые розы" и ушли "Розовые вечера" [2].

Корр: Андрей Разин имеет какие-то на тебя виды, пытается вернуть тебя?
КП: Да, он пытается меня вернуть, но это совершенно бесполезное явление.
Корр: Имеет ли он какие-то юридические права?
КП: Нет, юридических прав он никаких не имеет. У нас не было с ним ни контрактов, ни договоров.
Корр: А как он может на тебя воздействовать, давить?
КП: Никак.
Корр: Ну а как же рэкет?
КП: А с меня взять нечего. Это бесполезно.
Корр: А фонограммы твои?
КП: Мы работаем вживую.

(«Расследование Ласковый май», 1990 г.)

Но это то, что лежит на поверхности. Более детальную картину воссоздаёт интервью [5] газете «Комсомольское племя» от ноября 1989 года, которое проливает свет на то, что же стало «последней каплей» в решении Кости покинуть группу.

По словам Пахомова, летом 89-го года он собирался поступать в музыкальное училище, поделившись своими планами с Разиным. Переход одного из главных солистов ЛМ из артистов в студенты был чреват его потерей для искусства группы, и Андрей попытался этому воспрепятствовать. Узнав, когда проходят вступительные экзамены, Разин на эти дни отбыл вместе с Костей на гастроли, убедив юношу, что испытания начнутся только через месяц. Очевидно, участники Мая уже настолько привыкли, что Разин может решить за них любой вопрос, что отвыкли действовать самостоятельно. За это Костя жестоко поплатился. Не в силах простить предательства своему, как он считал, другу, Пахомов ушёл из группы.

К концу года место Кости в ЛМ займёт другой «красавчик» - киевский школьник Олег Крестовский, который хотя и обладал смазливой внешностью, по голосу и харизме сильно уступал Косте. Очевидно именно поэтому ни одна песня с его альбома «Озорная девчонка» хитом так и не стала.

Баллада о любви

Константин Пахомов, Сергей Серков, Арвид Юргайтис, Егунов

С уходом из Ласкового мая, Костя основал собственную группу, которая так и называлась «Группа Кости Пахомова». В неё вошли бывшие участники ЛМ: Сергей Серков и Арвид Юргайтис, Александр Егунов (звукорежиссёр), концертный директор Михаил Хажинский (у него Костя жил первое время [5]), а также оператор Павел Томов.

В этот период, получивший великолепную раскрутку в Ласковом мае, Костя довольно часто привлекал внимание прессы. До нас дошли его интервью изданиям «Молодой ленинец» и «Московский комсомолец», из которых мы узнаём новые подробности. Оказывается, Костя был дискоманом и любил евродиско, однако помимо Modern Talking любил слушать Стинга, The Beatles [3], Def Leppard [2], «Nautilus Pompilius», Bon Jovi и Рода Стюарта [4][9]. В свободное от гастролей время Костя много читал (Пастернак, Мандельштам, Гумилев и Булгаков)[2][9] и занимался дзю-до. А его любимым блюдом было мороженое [1]!

Первый сольный альбом группы Кости Пахомова «Баллада о любви» вышел в августе 89-го, однако поскольку о его уходе из «Мая» почти никто не знал, предприимчивые пираты выпустили этот альбом как «Ласковый май - 9» или «Ласковое лето». В то же время прошлогодний альбом «Ласковый май-2» был перевыпущен как «нулевой» альбом Пахомова «Желаю счастья».

Помимо четырёх песен Сергея Кузнецова, с которыми Костя выступал ещё в Оренбурге, в альбом вошли три новых от Юрия Гука. Особняком стояла песня «Светлана», написанная Симоном Осиашвили и Виктором Чайкой, в это же самое время записавших для Юрия Шатунова легкомысленную песенку «На крыше». На песню «Светлана» был снят видеоклип, где Костя пел на фоне красивой Ленинградской белой ночи, гранитных набережных Невы и разводных мостов. Название песни вызвало бурное обсуждение в фанатской среде. Никто даже не сомневался, что Костя «посвятил» эту песню Светлане Разиной!

Юрий Гук тоже сотрудничал с Маем (именно его перу принадлежал музыкальный памфлет «Глупый филин», высмеивающий критика Юрия Филинова), и вскоре песню «Ты, я и море» Разин позаимствовал для своего юного солиста Андрея Гурова.

В своих поздних интервью Андрей признается, что старался, насколько это возможно, «перекрывать кислород» всем артистам, ушедшим из Ласкового мая. В своих интервью он неизменно говорил, что Костя просится обратно, в свою очередь, Костя утверждал, что Разин регулярно зовёт его назад [6]. Однако в фильме «Почём нынче Ласковые» Разин был подчёркнуто доброжелателен:

Андрей Разин

«Константин Пахомов – человек, который проработал с нами в Ласковом мае год, я очень ему признателен. Константин Пахомов – тот самый парень, которого я взял со школы в 9-м классе, ученика школы, его ещё никто тогда не знал, Костя делал первые шаги в доме пионеров в вокале, вдруг, спустя год, отработав у нас, получив какую-то аудиторию, популярность, благодаря нашему труду совместному, будет потом говорить о своём руководителе, о солисте, о том, что Андрей Разин бездарный, он не имеет играть ни на одном виде инструментов, у него нет элементарного слуха. Я скажу, что, может быть, это у Кости детство, самоутверждение, я его ни в коем случае не осуждаю, Костя в какой-то мере прав, и мне очень нравится, что в общем-то он говорит об этом открыто. Когда-то мы с ним очень сильно дружили, он выполнял практически всё, что я ему говорил, он творчески себя поставил очень хорошо, сейчас он работает самостоятельно, Костя стоит очень плотно на эстраде, я вам скажу, что это надолго, может быть образование он и получит музыкальное, профессиональное. Но практика, практика, огромная практика. 500 концертов отработая со мной, Костя на сегодняшний момент сильнейший…».

(Андрей Разин, «Почём нынче ласковые», 1990)

По словам Артура Гаспаряна, штатного критика Московского комсомольца (к слову, посвятившему Косте целых три статьи), когда певец достиг призывного возраста, его поклонницы организовали целый «комитет защиты Кости Пахомова», собираясь пикетировать Министерство обороны [8]!

Мы больше не Ласковый май

Константин Пахомов, Сергей Серков

Такое символичное название имела концертная программа, с которой Константин и его группа гастролировали по стране после выхода первого альбома. Поскольку собственного материала у группы было слишком мало для сольного отделения, в концерты, как бы в нагрузку, включались выступления местных групп.

Константин Пахомов

Корр: Ты назвал свою программу "Мы больше не Ласковый май", тебе так важно это подчеркнуть?
КП: Конечно, ведь все привыкли, что Костя Пахомов - это ЛМ. Но сейчас это совершенно разные вещи. Это можно понять и по исполнению, и по музыке, по её качеству, хотя бы. Такая же ситуация была у Лёши Глызина после ухода из Весёлых ребят.
Корр: Тебя сейчас что нибудь связывает с ЛМ?
КП: Нет, я их вобще давно не видел, да они меня и не интересуют [6].

Заявленный в программе Сергей Серков обычно исполнял только одну песню «Не ходи налево», впрочем в группе он пробыл совсем недолго. Воспоминания о том, как проходили эти концерты до нас донесла уфимская газета «Ленинец» за 1990-й год:

Константин Пахомов «Ждали Костика, Костеньку и как там его еще зовут поклонницы. Но кумир, дав им вволю повизжать и покричать и совсем чуть-чуть попев, ушел, предоставив сцену группе "Арбат", играющей хард-рок. Но программу завершил все-таки Пахомов, спев еще пару-тройку песенок. На этом "шоу" было закончено. Как говорится, "спасибо за внимание". С самим Костей Пахомовым поговорить не удалось. "На ваши вопросы могу ответить я. Если захочу", - отрезал администратор (или директор) шоу. Это полуснисходительно оброненное "если захочу" весьма символично. Эта фраза - жизненное и творческое кредо группы, группы, у которой нет своего названия, нет своей аппаратуры и главное, по-моему, отсутствует желание работать-петь. Зато очень хочется заработать. Привлечь как можно больше зрителей и, называя вещи своими именами, надув его, быстренько "смотать удочки". Чтобы в следующем городе, так же жадно ждущем этот "не ЛАСКОВЫЙ МАЙ", повторить свой трюк. От ошибок команда застрахована, потому что "бить" будут по тому месту, где они только что были, а не потому - где сейчас. Но главным страховым полисом от проколов является все же не это, а зритель. Те самые девочки и мальчики, что валом валят на "Май", делая их тем самым непобедимыми, неприкосновенными и неуязвивыми [7]».

На вопрос Артура Гаспаряна о том, не хотел бы Костя вернуться в Ласковый май, но без Андрея Разина, тот ответит, что «уже вырос из этих детских штанишек [9]».

Влюблённый манекен

Константин Пахомов, Влюблённый манекен

В 1991-м году уже повзрослевший Костя сыграл Женю в фильме малоизвестного режиссёра Виталия Макарова «Влюблённый манекен», в котором приняли участие такие известные актёры, как Борис Щербаков, Михаил Светин, Светлана Немоляева и Илья Олейников. Партнёршей Кости по фильму была Анна Тихонова – дочь всеми любимого Вячеслава «Штирлица» Тихонова, знакомая нам по своим ролям в таких перестроечных драмах, как «Шурави», «Комитет Аркадия Фомича» и «Взбесившийся автобус». Композитором фильма был Виктор Чайка, и Костя исполнил в нём несколько песен - уже в новых аранжировках.

Съёмки проходили в Ялте и Севастополе, где местные жители буквально пикетировали съёмочную площадку, чтобы посмотреть на своего кумира! [10]

Костя Пахомов

Корр: Что ты ценишь в девушке?
КП: Красоту и… технику секса.
Корр: ?! Объяснись.
КП: Я не хотел бы вдаваться в подробности [9].

Мне хочется надеяться

Съёмки продолжались почти год, но этот творческий простой Костя сумел преодолеть. В начале марта 1991-го он появился на телешоу "50/50", выступив во Дворце спорта «Динамо», после чего отправился на гастроли [10].

В 1992-м году вышел второй, менее известный альбом Кости «Мне хочется надеяться», в котором наметился уход от Диско Перестройки в сторону более современной поп-музыки на стыке синти-поп и рока. Таким образом, творчество Кости даже пережило «Ласковый май», к тому времени окончательно распавшийся.

К сожалению, за давностью лет и малой известностью альбома, которому не повезло появиться на свет на закате популярности диско перестройки, авторство большинства его песен нам не известно. Согласно достоверным источникам, к работе над альбомом приложил руку знаменитый гитарист-виртуоз Сергей Маврин, участник групп «Чёрный кофе», «Металлаккорд», «Ария» и «Кипелов». С его помощью старые аранжировки, отличавшиеся довольно примитивным синтетическим звучанием, уже не модным в начале 90-х, превратились в полноценные композиции с отчётливым фоном бас-гитары...

Сергей Маврин

«Костя Пахомов - один из солистов ансамбля «Ласковый май». Мы, собственно, и не знакомы. Но мой друг детства - Игорь Козлов, с кем я играл в группе «Чёрный кофе» в 1985 году (благодаря которому я и попал в неё), с кем я ещё раньше создавал группы «Визит» и позже «Металлаккорд», в 1990 году был бас-гитаристом у Кости, который, в свою очередь, решил заняться сольной карьерой. Это был 1990-й год, либо начало 1991-го... Точно не удалось вспомнить даже с помощью Козлова. Тогда совпали два момента - предложение от группы Пахомова записать им гитару на их дебютном [на самом деле втором – Д. С.] альбоме, и моя наметившаяся усталость от однообразия того, что я записываю в «Арии». Мне всего лишь нужен был выплеск, чуждых Iron Maiden эмоций, поэтому я легко принял предложение, что озвучил Игорь Козлов. Мне хороши были любые сторонние идеи, так как своих тогда ещё почти не было. Мне были представлены минусовые (без голоса) фонограммы, и я ушёл в отрыв! Я играл всё, что хотел, не заботясь о том, что это может кому-то не понравиться или не пройти по стилистике. Всё прошло и понравилось. В том числе и мне. Окончательный вариант, уже с голосом, я сегодня сам слушаю впервые…»

(вспоминает Сергей Маврин)

В 1992-м году на песню «Последний день весны» был снят видеоклип. К сожалению, и альбом, и клип были последними в творческой карьере Кости Пахомова. Новые песни так и не увидели свет, и в следующем 1993-м году музыкальная карьера певца окончательно завершилась. В интернет-подборках можно найти неизданные песни: «Весна», «Лето», «Люблю», «На мотоцикле» и «Солнце».

Что стало с амбициозными творческими планами артиста? Ведь он собирался поступать в консерваторию [3], продюсировать молодых музыкантов, наконец, выпустить диск на «Мелодии»? [6]. Ответ, скорее всего, нам давно известен...

Послесловие

Дальнейшие жизнь и творчество Константина Пахомова лежат в густом тумане. Слухами полнится земля, но мы не станем их пересказывать. Периодически о нём вспоминает Сергей Кузнецов и другие бывшие участники группы, не сообщая, впрочем, никаких подробностей. Даже съёмочная группа ток-шоу «Пусть говорят» не смогла разыскать Константина. Дверь в его оренбургской квартире никто не открыл, а соседи видели его лишь мельком и толком ничего о нём не знали.

Андрей Разин в передаче Пусть говорят

Малахов: Андрей, вы знаете о судьбе Кости Пахомова, почему он ни с кем не общается и не открывает дверь соседям?

Разин: Костя Пахомов ушёл с коллектива, буквально проработав почти год. И больше он не общался ни с кем из ребят, ни с Сергеем Ленюком, ни с кем. Поэтому это его личное дело. Насколько я знаю, Костя поступил в театральный институт, успешно снялся в нескольких фильмах и после чего карьера его оборвалась в кино я не знаю… Слышал о том, что он занимается недвижимостью… Юра Шатунов, например, тоже его не слышал лет, наверное, 20, может быть, 21.

(«Пусть говорят. Ласковый май. Остаться в живых», 28.02.2013)

В социальных сетях существует несколько фан-клубов Кости Пахомова, в которых его преданные почитатели обсуждают достоинства и недостатки песен, записанных тридцать лет назад, сравнивают вокал Кости с Шатуновским и клеймят Андрея Разина за то, что не давал Косте расти и развиваться в 89-м году. Периодически администраторы пабликов подбрасывают «дровишки» в виде слухов от людей, якобы видевших или знавших Костю. Существует также закрытый форум, на котором со своими поклонниками Пахомов, якобы, общается сам. Происходящее там своей мистикой напоминает спиритический сеанс.

Нам бы хотелось сделать эту биографию полнее и достовернее, поэтому если когда-нибудь её прочитает сам Константин Михайлович, редакция Диско Энциклопедии будет рада взять у него интервью, которое несомненно станет самым тёплым приветом его преданным поклонникам за последние 25 лет! А пока мы вынуждены поставить здесь точку.

Источники

  • 1. О.Николаева - «Комедия в стиле "Ласковый май"», «Молодой ленинец», 7 октября 1989 г.
  • 2. Игорь Шестаков - «Костя Пахомов: - "Стараюсь не быть звездой"» «Информал», 1989 г.
  • 3. «Конкурент Шатунова?», «Комсомолец Донбасса», 1988 г.
  • 4. Александр Каспаров - «О "Ласковых маях"», «Сельская молодежь», №5, 1989 г.
  • 5. Александр Мусин - «"Ласковый май": слухи и факты», «Комсомольское племя», 11 ноября 1989 г.
  • 6. «Комсомолец - наше время», июнь 1991 г.
  • 7. «Ленинец», Уфа, 29 марта 1990 г.
  • 8. Артур Гаспарян, «Московский комсомолец», 24 мая 1990 г.
  • 9. Артур Гаспарян - «Константин Пахомов: "Я работаю сам по себе"», «Московский Комсомолец», 1991 г.
  • 10. Артур Гаспарян - «Костя снова среди нас!», «Московский Комсомолец», апрель 1991 г.
фото Константин Пахомов
Основная информация
Полное имяКонстантин Михайлович Пахомов
Дата рождения13 января 1972 г.
Место рожденияОренбург, СССР
Годы активности1988 - 1992
Жанры
Диско Перестройки

Творческая деятельность
Исполнитель

Страна
Россия


СССР


Участие в группах и проектах
Ласковый май

Сайт -